Сегодня в спорткомплексе «Динамо» на Крестовском острове было людно — собрались чиновники, ветераны спорта, мальчишки и девчонки из секций. Поздравления принимала Галина Яновна Вечерковская — спортсменки, чьё имя в академической гребле женского Ленинграда звучало весомее многих мужских. Ей сегодня исполнилось сто лет, и, судя по всему, праздничная суматоха занимала её куда меньше, чем разговор о технике гребка.

Родилась она в Царском Селе, в семье, которую довоенные годы не пощадили: отца арестовали, мать сдавала комнаты, чтобы прокормить дочерей. Войну девушка пережила в эвакуации, в Рязанской области, на Оке — там, где не было ни уроков физкультуры, ни намёка на будущий спорт, но было что-то важнее: бесконечное движение. Переплывала реку, прыгала с верхней палубы речных трамвайчиков, ходила с вёдрами через горы за молоком — движение в её жизни никогда не было отдельным занятием, оно было самой жизнью.

В большой спорт она попала почти случайно — уже взрослой, в двадцать с небольшим, по материнскому совету пошла на курсы ВЦСПС, хотя признавалась потом, что толком ничего не умела. Дальше выяснилось, что умеет всё: велоспорт, баскетбол за команду мастеров «Буревестника», лыжи по первому разряду. Но гребля оказалась тем спортом, в котором она задержалась навсегда. Жила тогда у Тучкова моста, недалеко от гребной базы, которая называлась «Красное Знамя» — гребной клуб на Петроградской стороне работает и поныне, под именем «Знамя», и ленинградские гребцы исстари считали её своим домом. Пригласили покататься — и она осталась, в отличие от трёх подруг, заглянувших туда же и решивших, что хватит с них одной тренировки.

С 1955 по 1962 год Вечерковская пять раз становилась чемпионкой Европы — выступала в двойке и в четверке парных за «Буревестник», «Труд», «Динамо» и сборную страны. Времена были такие, что европейский титул для женщины-гребца значил едва ли не больше, чем мог бы значить олимпийский: на Игры женщин в академической гребле допустили только в Монреале-76, а в программу чемпионатов мира — двумя годами раньше, в Люцерне. Так что свой потолок Вечерковская пробивала первой, и пробивала пять раз. В 1962 году ей присвоили звание заслуженного мастера спорта СССР — и в том же году, после финала в Берлине, она ушла из гребли. Причина была почти курьёзная: на финишной прямой, когда лодки шли борт в борт, гребчиха внезапно решила, что потеряла слух. Трибуны в ту секунду замерли от напряжения и просто молчали — а она восприняла тишину как собственную глухоту и, испугавшись, поставила точку в карьере. Лишь много позже напарница со смехом объяснила ей, что дело было не в ушах, а в зрителях.

После большого спорта Вечерковская окончила институт имени Лесгафта и сорок пять лет преподавала там физическое воспитание — учила правильной осанке не одно поколение студентов. Лодку она оставила надолго, но не навсегда: в восемьдесят четыре года, после тяжёлой утраты — почти одновременно ушли сын и сестра, — её буквально вытащили обратно на воду подруги из «Знамени», которым в команду не хватало члена экипажа. Так началась вторая, ветеранская карьера: тринадцать золотых медалей чемпионатов мира в своей возрастной категории, последнюю из них — уже в статусе самой возрастной действующей спортсменки планеты — она взяла в Венгрии в 2019 году. Последний официальный старт состоялся, когда ей было девяносто пять.

К вековому юбилею спортивная школа «Знамя» подарила Галине Яновне одиночку-скиф с её именем, написанным чёрными буквами на белом борту. Подарок, по существу, символический: лодку эту ей, конечно, не предлагали испытать на скорость, но что-то подсказывает — предложи, она бы хотя бы попробовала. В её собственных словах рецепт прост и без всякой позы: вода, солнце, воздух и дружная команда — лучшего вида спорта она для себя не нашла. И глядя на эту цепочку — от Оки до Финского залива, от двадцати приседаний до двадцати двух в нынешнем возрасте — поневоле думаешь, что движение действительно умеет быть смыслом жизни само по себе, без всяких дополнительных к нему пояснений.